Татьяна (s0no) wrote,
Татьяна
s0no

Вспомним лихие 90-е, или Как я покупала себе квартиру (6)

Разрешение на проведение строительных работ я получила, нужно было искать строителей. Оказалось, что найти их непросто. Мне нужна была не бригада отделочников, коих вокруг хватало с избытком, а люди, выполняющие общестроительные работы, умеющие делать кирпичную кладку, устанавливать перекрытия и настилать кровлю. Такие специалисты, конечно, были, но уже шел июль, разгар строительного сезона, и найти свободную бригаду можно было только при фантастическом везении. Кроме того, объемы моих работ никого не привлекали - всем хотелось получить подряд на строительство загородного дворца, а реконструировать какую-то крошечную крышу - только время терять.

С большим трудом удалось найти прораба, который поставил меня в очередь, пообещав прислать рабочих во второй половине августа. Конечно, это был риск: разрешение выдается на определенный период времени - 1 год. Не вписался с реализацией проекта, собирай подписи снова. Если рабочие не придут и осенью не удастся провести реконструкцию, весной я попадала бы уже в цейтнот. Снег у нас может идти и в мае, а  с бригадами были бы такие же проблемы. В общем, откладывать стройку совсем не хотелось.

Прораб не подвел: в августе рабочие действительно появились и начали демонтаж крыши. Грязное кровельное железо и изъеденные ржавчиной несущие балки были аккуратно сняты и сложены в углу двора. Соседи в окнах тянули шеи, наблюдая за процессом. После крыши настал черед стен. Теплоцентр стоял в углу двора, примыкая к капитальным стенам домов. Одна стена была фасадом флигеля, в котором находилась моя квартира, вторая - глухим торцом дома, стоявшего в соседнем дворе. Непосредственно к теплоцентру относились только две стены, кое-как слепленные  из пустотелых кирпичей. По ним змеились сквозные трещины.

Никакой дополнительной нагрузки эти стены выдержать не могли, их надо было разбирать. Особых усилий прикладывать не пришлось: они охотно упали от нескольких ударов кувалдой. Причем сами кирпичи были неплохими, а вот раствор между ними содержал цемент в гомеопатических количествах. От большинства кирпичей он просто отвалился, и мы решили использовать их в новой кладке. Конечно, пару дополнительных палет привезти все-таки пришлось, но экономия получилась существенная.

Бригада начала кладку. Находиться рядом с ними целый день я не могла - у меня шли сделки. Однажды утром я уехала, а после обеда во двор пришла комиссия по... приемке теплоцентра к зиме. Разваленные стены, кучи  кирпичей и отбитого от них раствора, ржавые балки, сваленные в углу и медные вентили, висящие на трубах  под открытым небом, поразили начальственных теток наповал. По рассказам рабочих, орали они так, что, наверное,  слышно было  даже на Невском проспекте. Все уверения рабочих, что проект и все согласования у хозяйки есть, впечатления на них не произвели.

Комиссия ушла, грозя затеявшей это мне всеми карами небесными, но никаких последствий так и не наступило: видимо, информация о том, что проект утвержден, подтвердилась, и меня на время оставили в покое. Отменить разрешение они  все равно не могли, в их полномочия это не входило.

Стены сложили, прораб отправился покупать новый двутавр, соответствующий проекту. Но оказалось, что такого размера в данный момент нет. Может быть, он особо не напрягался с поисками, но тогда я еще не знала, что такое российский строитель конца 20 века, всем верила и переплачивала за все.

Нет нужного размера, а есть больший? Сколько придется ждать правильных балок, неизвестно? Берем то, что есть. Дорого, да, но простой бригады обойдется дороже. Да и энтузиазм бил во мне ключом. Шутка ли, столько лет ждать этого момента, и остановиться из-за каких-то несущих конструкций. Нет, только вперед!

Привезли балки устрашающей толщины и стали монтировать на стенах. Я вызвала инженера из отдела по надзору за строительством, с которым к этому времени уже был заключен договор. Инженер, веселая женщина лет сорока, посмотрела на крышу и округлила глаза:

- Вы что, на танке тут собираетесь ездить? Зачем такие перекрытия?

- Это не танкодром, это вертолетная площадка, - с серьезным лицом объяснила я.

Посмеялись. За актом контроля скрытых работ, или как там у них назывался этот документ, мне предложили прийти через недельку. Без этой бумаги приемки объекта в эксплуатацию мне было не видать.

Уложив крышу и залив стяжку с небольшим уклоном для стока дождевой воды, бригада закончила работу и ушла на другой объект. Отделочные работы должны были делать другие люди. Собственно, отделочная работа оставалась одна: положить плитку. Еще нужно было установить ограждение. Этим я и занялась.

Плиточник у меня был: после покупки квартиры он делал пол в ванной и туалете. Сделал все прекрасно, можно было не искать кого-то другого. А вот плитки не было. Я отправилась по магазинам изучать вопрос. К моему удивлению, плитка для наружных работ не продавалась нигде. Случайно нашла несколько видов в магазине, торгующем элитными итальянским коллекциями. Цена была заоблачной.

Если вы не в теме, наверняка у вас уже возник вопрос о том, почему нельзя было купить обычную половую плитку, которой полно во всех строймаркетах. Кратко объясню. Плитка делается из определенных сортов глины со специальными добавками. С лицевой стороны она покрывается глазурью с рисунком или без, а потом обжигается при высокой температуре.

Напольная плитка отличается от настенной тем, что имеет несколько другой состав, обеспечивающий большую прочность, толще по размерам, а нанесенный на нее рисунок держится прочнее. Кроме того, у нее обычно слегка  шершавая поверхность - чтобы ноги не скользили по мокрому полу. Основной параметр, который вы должны выяснять при покупке, это класс износоустойчивости. Всего классов пять.

Плитка для наружных работ отличается от обычной  плотностью. Дело в том, что в любой глине, с чем ее ни смешивай и как ее ни обжигай, есть поры. Хотя глазурь и защищает глину от контакта с водой, она тоже не полностью герметична. Попадая внутрь, вода не приносит вреда глине. Не приносит до тех пор, пока температура окружающей среды не становится отрицательной.  Не сразу, но с каждым циклом замораживания-размораживания микротрещины увеличиваются, воды внутри становится все больше, а проникает она  все глубже. Короче говоря, на морозе плитку может просто порвать.

Керамогранит отличается очень высокой плотностью, но в те годы в России  его еще не производили, а импортный стоил запредельных денег. Пару метров для ванной еще можно было осилить, но 32 квадрата + 5% на обрезку в сумме стоили как автомобиль "Жигули".

Конечно, мне хотелось сделать мою террасу прекрасной, но я понимала, что никакие импортные материалы не сделают двор-колодец просторнее, узкие комнаты - шире, а первый этаж не превратят во второй. Продать эту квартиру по цене элитной нельзя было ни с каким ремонтом, поэтому нужно было искать какой-то компромисс в тратах.

В каком-то из магазинов я случайно обнаружила остатки плитки, на которой было написано, что она пригодна для наружного применения. Цена была просто смешной. Но цвет был ужасным, а имеющегося количества хватило бы всего на один ряд. На этикетке указывалось, что производится этот товар в Ленинградской области, в поселке Никольское. Найдя в "Желтых страницах" телефон, я позвонила на завод. Приезжайте, сказали мне, у нас на проходной есть магазин. Весь выпускаемый ассортимент присутствует.

Сев в машину, я рванула в Никольское. Это поселок городского типа под Петербургом. Магазин был найден, весь товар в нем внимательно рассмотрен. Половая плитка выпускалась нескольких цветов, в том числе бежевого, который был очень близок к цвету стен в нашем дворе. Меня все устраивало - и размер, и цена, и окраска, но вопрос с морозоустойчивостью оставался открытым.

Продавец-консультант с усами как у моржа говорил медленно, делая паузу после каждой фразы.

- Морозоустойчивость? Ну, тридцать циклов замораживания выдержит. Должна, по крайней мере.

Тридцать циклов?! Да по нашей мокрой петербургской зиме тридцать циклов могут пройти за один месяц. Днем все тает, ночью - подмораживает. И уверенности даже в такой стойкости в голосе у продавца не звучало. Но думала я недолго. Все самые крупные магазины уже были изучены, в них ничего не нашлось. Выбора у меня не было. Или это - или итальянский керамогранит. Керамогранит отпадает по причине высокой цены, значит, покупаем плитку в Никольском.

К счастью, купила я ее с запасом. Не знаю, как сейчас обстоят дела на этом заводе, но тогда его продукция не соответствовала никаким стандартам. Плиточник матерился, звал меня и показывал, что в каждой коробке есть экземпляры, в которых углы не совсем прямые, а плоскость не совсем горизонтальна. Иногда не горизонтальна до такой степени, что плитку приходилось выбраковывать. Медленно, но работа продвигалась.

Параллельно  я занималась оградой. Тут мне повезло сразу. Моя близкая подруга, архитектор по образованию, принимала живое участие в обсуждении всех моих строительных планов.

- О решетках не беспокойся, - сказала она мне. - Сейчас позвоню Коле, и все будет, причем для тебя по специальной цене.

Колей звали ее бывшего мужа, с которым у нее сохранились прекрасные отношения. Он был владельцем фирмы с говорящим названием "Кузнец". На фирме можно было заказать любые декоративные изделия из металла. Коля привез мне два огромных альбома. Один - с образцами узоров, которые можно использовать для металлических ограждений, второй - с фотографиями уже сделанных работ. Чего там только не было! И массивные ограды вокруг огромных особняков  с коваными фамильными гербами на воротах, и элегантные решетки на окнах в стиле модерн, и скромные заборчики из обычных прутьев с острыми наконечниками, как у копий, на концах.

Я выбрала простой, очень петербургский рисунок. Похожих оград много на наших мостах. И такие же решетки мне должны были сделать для окон и балконной двери. Раз уж все это находится рядом, то и оформлено должно быть в одном стиле. Стеклопакеты (белые со стороны квартиры и темно-коричневые со стороны двора) уже были заказаны. На кухне рабочие сняли подоконник и вынули  несколько кирпичей, опустив нижний край окна до уровня террасы. Пол кухни был значительно ниже - на скорую руку мне сколотили лесенку из двух ступенек. В этот проем планировалось поставить дверь. Впрочем, от окна она отличалась только высотой - две створки были полностью стеклянными.

Пока ковались решетки, стеклопакеты были изготовлены и поставлены на место. Старые рамы вынесли во двор и оставили, прислонив к стене дома. Через пару дней я собиралась заказать машину для вывоза строительного мусора, оставшегося от реконструкции крыши, и думала вывезти все разом. Но к вечеру рам уже не оказалось на месте. Соседка рассказала, что какой-то дедушка подогнал старенькие "Жигули", сложил всю эту гниль на багажник и увез, нервно оглядываясь по сторонам. Вдруг еще кто-нибудь будет претендовать на это сокровище!

Подруга (бывшая жена Коли) сделала мне царский подарок. После развода у нее остался фонарь, который в свое время тогда еще муж Коля собственноручно сковал  ей к какому-то празднику. Фонарь не предназначался для электрического освещения, он был сделан для свечек. Пришлось показать его Коле. Он, конечно, обиделся: по его мнению, жена хоть и бывшая, но должна была хранить и лелеять его подарки. Однако ко мне претензий у него не было. Фонарь отправился на апгрейд: в донышке рассверлили отверствие для провода, внутри закрепили патрон. Под плиткой по краю террасы проложили кабель, а угловой столб сделали высоким - к нему этот фонарь и приварили. Выключатель вывели на откос двери, ведущей на террасу.

Наконец решетки были готовы. Присутствовать при монтаже я не могла - в этот день у меня была сделка. Вернувшись домой, я побежала на террасу. Все ли сделано? Как сделано? Ограждение было последним штрихом - после этого можно было предъявлять объект комиссии. Выйдя на террасу, я ахнула и кинулась звонить Коле. Сварщик - сука. Сууука! Разве можно так работать?

Ограждение состояло из отдельных секций.  Узор, напоминавший по форме синусоиду, должен был переходить с одной секции на другую. Но не переходил - ломался в точках сварки, потому что на рисунок сварщик не смотрел вообще. Это было неприятно, но поправимо. Непоправимыми были другие результаты его доблестного труда: и светлая плитка вокруг точек сварки, и ближайший к ограде новенький стеклопакет были забрызганы черными пятнами металла. Закрыть пол и окно  какими-нибудь фанерками или хотя бы картоном сварщику не пришло в голову: ему было просто наплевать.

Коля примчался тут же, гневно кричал на сварщика в телефонную трубку, обещал, что все завтра же переварит другой мастер. Решетку переделали, но брызги металла было уже не убрать. Так они и остались на террасе до сих пор.


По просьбам читателей выкладываю фотографию террасы. Это скан с бумажного отпечатка, сделанного с пленки. Самой фотографии не сохранилось, только электронная копия. На фото - мой отец, приехавший в гости следующей весной. Цветы только что посажены, куплен новенький шезлонг, собака Чарли обживает новое пространство.




Межведомственная комиссия приняла объект с первой попытки. Можно было начинать ремонт в квартире. Я с нетерпением ждала этого момента - ведь самое страшное было уже позади. Ну, мне так казалось. Я даже представить не могла, до какой степени я ошибалась.

(продолжение здесь)

Tags: из жизни агента
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 126 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →