Татьяна (s0no) wrote,
Татьяна
s0no

Шекспир жил, Шекспир жив, Шекспир будет жить

Есть у меня старая знакомая, назовем ее Ольгой Алексеевной. У Ольги Алексеевны, как и у меня, есть дача. Только находится она немного в другом месте, недалеко от Петергофа. Места, как и у нас в Павловске, царские, но у них залив совсем рядом.

Размер участка - примерно 20 соток. Точнее сказать, по документам участков у нее два, по 10 соток каждый. Получила она их в начале 90-х от госпредприятия, на котором тогда работала. Один оформила на себя, а второй - на сына, потому что по тем временам приватизировать на одного человека можно было только один объект. Но использовался участок как единое целое: весь был обнесен забором и спланирован соответствующим образом.

На одном участке, оформленном на себя, Ольга Алексеевна поставила маленькую времянку, а на втором предполагалось в будущем разместить большой дом. Но времена были тяжелые, до большой стройки руки не доходили. Да и их садоводство в те времена выглядело не лучшим образом. Ни дорог, ни электричества, ни воды. Многие участки были бесхозными, никто не хотел их брать, поэтому ежегодных взносов тех, кто решился ввязаться в это дело, не хватало на благоустройство территории. К тому же из города добираться нужно было по перегруженной трассе, проводя в пробках долгие часы.

Время летело быстро. Ситуация в стране менялась. Из госструктуры Ольга Алексееевна перешла в коммерческую фирму, связанную со строительством. Деньги потекли рекой. Рядом с времянкой вырос стильный гостевой домик и гараж на две машины. Сыну была куплена двухкомнатная квартира в новом монолитно-кирпичном доме. Правда, в это время он тоже работал в этой же организации на должности начальника охраны. Надо ли говорить, что на эту работу его устроила мать. Сама Ольга Алексеевна  жила на даче, хотя зимой часто ночевала в квартире, оставшейся ей от бывшего мужа. Сын  был  прописан там же, хотя на квартиру и не претендовал.

Садоводство тоже менялось. У всех участков появились хозяева. Были проложены дороги, с энергетиками решили вопрос о подключении дополнительных мощностей. Из города протянули оптоволоконный кабель, и в поселок пришел широкоплосный интернет. Зашла речь о проведении в массив газовой магистрали. Вокруг Петербурга наконец достоили кольцевую автодорогу, и пробки остались в прошлом. Земля стремительно дорожала.

И тут грянул кризис 2008 года. Ольга Алексееевна осталась без работы. Конечно, какие-то халтурки и подработки у нее были, но вы же понимаете, что это совсем не то, что было раньше. Найти новую работу женщине, достигшей пенсионного возраста, стало совсем непросто.

Тяжело заболела ее мать. За матерью ухаживал брат Ольги Алексеевны, но финансировала все лечение она. Пришлось переехать на дачу, а квартиру сдавать в аренду: иначе денег не хватало ни на что. Через год мать умерла, но заболел брат. Пришлось платить за его лечение. С подработками тоже стало туго, и в довершение ко всем проблемам Ольга Алексеевна попала в ДТП. Разбила свой внедорожник и чужую машину. Виновной признали ее. Выплат по ОСАГО на ремонт чужой машины не хватило, и хозяин подал в суд, требуя возмещения ущерба.

Вроде бы и сумма не такая уж большая, какие-то сто тысяч, но при отсутствии постоянной работы и накопившихся к тому времени долгах для Ольги она оказалась неподъемной. Впереди забрезжил арест имущества. Каким-то чудом ей удалось взять в банке потребительский кредит и закрыть долг, но ежемесячные выплаты вконец добили ее и без того скудный бюджет.

Несколько лет она билась, как рыба об лед, одной рукой занимала деньги, где могла, другой гасила самые срочные займы. Легче не становилось. А что же сын, спросите вы? Мать подарила ему квартиру, разве не должен он помочь ей в тяжелую минуту? О, сын Ольги Алексеевны (назовем его Олегом), фигура крайне колоритная и непростая. Попав после школы в армию, он отслужил в горячей точке, вернувшись оттуда с контузией и травмой головы. Это не помешало ему закончить ВУЗ и получить специальность экономиста.

Красавец мужчина, с квартирой, дорогим автомобилем (тоже подарком матери) и востребованной специальностью не мог работать абы где. Хотелось денег и власти. Не получалось. Работу он находил легко, но расставался с ней быстро. Там коллектив не тот, тут зарплата маленькая, а здесь его не ценят и зажимают повышение в должности.

За это время Олег успел жениться, быстро развестись и снова жениться на тихой домашней девочке, у которой в их семье не было права голоса. Девочка родила двоих детей, и с финансами стало совсем плохо. Уже не очень молодой семье помогала теща, пенсионерка, вынужденная работать, потому что временами детей просто нечем было кормить. Промежутки между работами Олега становились все длиннее, а время работы все короче.

Тяжелая жизнь требовала отдушины, и он часто снимал стресс с друзьями за рюмкой водки. И без того тяжелый характер становился временами невыносимым для окружающих. К матери он то и дело предъявлял претензии. Почему она не помогает ему деньгами? Почему не сидит с детьми? Напоминания о том, что вообще-то она помогла ему квартирой, не воспринимались. Квартиру он заработал сам, она тут не при чем.

Временами  на него накатывало, и предугадать его поступки становилось невозможно. Однажды он без всякого предупреждения заявился в квартиру, которую Ольга Алексеевна сдавала в аренду, и устроил скандал съемщику. Почему? А просто так. Дескать, ты кто такой и что ты делаешь в моей квартире? Съемщик решил, что за свои деньги такие разборки ему не нужны и освободил занимаемую жилплощадь в течение суток. Ольга осталась без денег.

С Олегом начались выяснения отношений, он малость пришел в себя. Были найдены новые арендаторы, и скандал сошел на нет. Но осадок остался. В общем, по всем фронтам у Ольги Алексеевны ситуация усугублялась с каждым годом.

Недавно я не выдержала и спросила, почему бы ей не разрулить финансовые трудности разом, а именно, продав участок, оформленный на Олега. Я понимаю, что человеку трудно расставаться с мечтой о прекрасном коттедже, в котором она проведет счастливую старость, но уже давно всем окружающим было ясно, что никакого коттеджа никогда не будет. Стоимость земли в их садоводстве достигла 200 тысяч за сотку, а за разработанные участки просили и еще дороже: 210-220 тысяч. Два миллиона с лишним позволили бы ей погасить долги, а остаток можно положить на депозит и получать проценты. Жить стало бы значительно легче.

Ольга задумалась. Позвонив мне утром, она сообщила, что всю ночь не спала и наконец решилась. Участок будет продаваться, но за 2,5 миллиона. Цена была зашкальной. В их массиве продавалось больше 10 участков, и все они стоили дешевле. Но Ольга Алексевна была непреклонна. Земля разработана, забор добротный, въезд на участок сделан, и он тоже стоит денег. Ну ладно, хозяин имеет право назначать цену.

И так уж случилось, что в это время у меня был клиент, который искал участок в том районе. В  садоводстве Ольги Алексеевны он тоже рассматривал варианты, но по каким-то причинам они его не устроили. Я позвонила клиенту и предложила посмотреть участок Ольги. И участок ему понравился. Он готов был его купить! Оставалось согласовать время сделки и решить одну проблему:  поставить в известность Олега и обеспечить его явку на нотариат.

- Ты уверена, что он придет? - спрашивала я Ольгу. - У нас точно не будет проблем с оформлением?
- Не переживай, никаких проблем не будет. Это мой участок, куда Олег денется, придет и все подпишет.
- Но ты хотя бы поставь его в известность, мне нужно, чтобы он подписал предварительный договор. Покупатель будет готов к нотариату только через две недели, а на это время нужно закрепить обязательства сторон.
- Завтра я съезжу к Олегу, это не телефонный разговор.

К Олегу она съездила. Сначала он устроил сцену, крича, что участок она хочет отдать даром. Вот его знакомый купил участок неподалеку за 10 миллионов, а тут такая смешная сумма. Правда, оказалось, что "неподалеку" - это за 10 с лишним километров, и не в садоводстве, а на землях ИЖС у президентской резиденции - Константиновского дворца.

Но в конце концов, к моему великому облегчению, он  согласился с матерью и даже выслал мне на почту копию своего паспорта. Копии документов на участок я взяла у Ольги и села печатать договор. Документ был подготовлен и отправлен для ознакомления Олегу и покупателю. С текстом все согласились и договорились встретиться в 18 часов в субботу.

Покупатель с женой пришел заранее, я тоже подошла минут за 10 до назначенного времени. Олег явился минута в минуту.  Я достала распечатанный договор и положила на стол. Но Олег отодвинул бумаги.

- Я хотел бы сначала рассказать о предыстории этого участка,  - начал он. - Я купил его с первой женой, и мы долго выбирали район и садоводство. Выбор у нас был. Нам предлагали Всеволожский район, но в конечном итоге мы остановились на этом. Собирались строить большой дом. А земля в нашем садоводстве стоит очень дорого. Два с половиной миллиона - это слишком мало. У меня есть знакомый, который отслеживает мой участок уже много лет. Он очень хотел его купить. Правда, он моряк и сейчас в рейсе, но я с ним связался, он должен дать мне ответ. Поэтому я хочу взять таймаут до среды.

У меня глаза полезли на лоб от этой тирады. Какая жена? Когда Ольга Алексеевна получала участки, ее сын был несовершеннолетним и учился в школе, ему было всего 17 лет. Какая покупка? Правоустанавливающий документ  на участок - договор приватизации. И как мог его знакомый "отслеживать" участок, если Олег не собирался его продавать, а собирался по его собственным словам строить на нем дом? И вообще это не его участок!

Покупатель был в негодовании. "А вы не могли сказать нам это по телефону? - спросил он. - Мы отменили из-за этой встречи все планы на воскресенье. Зачем мы сюда пришли?"

Олег даже не извинился. Пробормотав что-то на прощанье, он просто ушел. Позвонив Ольге, я рассказала ей в лицах о нашей встрече с ее сыном. И тут выяснилось, что о предыдущих переговорах с ним она сообщила мне не все. Прийти на встречу он согласился только при том условии, что часть денег от продажи мать отдаст ему. Месяц назад его жена родила третьего ребенка. Их долги выросли еще на несколько десятков тысяч, с работой у него опять трудности. А тут замаячила такая сумма.

- Что мне делать? - спрашивала Ольга. - Может, пообещать ему больше денег?

Я не стала давать советов. Это их внутрисемейное дело, и разобраться в нем они должны были сами.

В среду я получила от Олега письмо следующего содержания.

"Здравствуйте Татьяна!

Мой земельный участок в Петергофе - помощник капитана (одноклассник) готов приобрести в целях вложения средств (участок он видел) по цене 3 млн. рублей, но только после возвращения из рейса (июнь-июль 2017 года).

С учетом необходимости продажи участка и исключительно в интересах Ольги Алексеевны, а также с учетом того, что покупатель хотел бы провести сделку до конца мая 2017 моя цена участка - 2770000 рублей
".

Я ответила:

"Здравствуйте, Олег. Если ваш одноклассник готов приобрести участок по цене выше рыночной при падающих ценах, думаю, в интересах Ольги Алексеевны следует дождаться его возвращения из рейса.

Поскольку вы в одностороннем порядке изменили условия уже согласованного предварительного договора, то покупатель, получивший за это время интересные предложения по продаже разработанных участков в вашем садоводстве по цене от 2100000 до 2300000 рублей, отказывается от покупки за 2500000 и предлагает вам 2300000. На сегодняшний день это предельная рыночная цена вашего участка".


Ну не может же последнее слово остаться за каким-то там агентом. Ответ прилетел незамедлительно:

"Здравствуйте Татьяна!

Перед тем как предлагать клиентам чужую собственность - как минимум неплохо бы получить на это хотя бы устное согласие собственника! А Вы, находились на моем земельном участке, представляли мои интересы, утверждали цену, форму договора - почему-то без моего согласия! Это непрофессионально и может быть характеризовано как нарушение закона! Уважаю решение клиента, - это его право.

Спасибо Вам за заботу, прошу Вас продажей моего участка больше не заниматься - я это сделаю сам.

С Уважением, Олег".


Ну-ну. Устное согласие собственника я, оказывается, не получала. И на его земельный участок проникла незаконно, видимо, перелезла с покупателем через забор под покровом ночной тьмы. Было понятно, что человеку нужен уже не агент, а добрый доктор, но все-таки решила расставить точки над "i", объяснив в ответном письме, что его интересы я ни одной минуты и не представляла, а только интересы Ольги Алексеевны.

С Олегом случилась истерика. Он позвонил мне по телефону и на повышенных тонахс долго объяснял, что таких агентов, как я, в городе миллион, а им будут заниматься лично директора трех агентств, и собственник участка он, а не Ольга Алексеевна. Ну и, конечно, я снова нарушила закон, и он напишет отзывы о нашем агентстве везде, где только можно, и т.д. и т.п.

Слушать мне это надоело довольно быстро, и я просто прервала разговор. А Ольга Алексеевна, поговорив с сыном еще раз и поняв, что денег за участок ей не видать никогда и ни в каком количестве, просто отправила ему смску, в которой было написано, что у нее больше нет сына.



Обычно я стараюсь не морализировать, рассказывая истории в своем журнале. Но не в этом случае. Дорогие френды! Читайте, читайте и перечитывате Вильяма нашего Шекспира. "Король Лир" - бессмертная трагедия, повторяющаяся в наше время вновь и вновь. Как бы вы ни любили своих близких, как бы вы не верили своим родным, свою собственность не отдавайте никому и никогда. Ни на время, ни с условиями, ни с наилучшими намерениями. Человеческие отношения - вещь хрупкая, а чужая душа - потемки. Дочери короля Лира были вполне заботливы и любезны в общении с отцом, до тех пор, пока...

Ну и позволю себе напомнить другую историю на эту же тему, которую я уже выкладывала в 2008 году: "О внучке короля Лира, или Не искушай ближнего своего..."

Tags: сделки
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 71 comments