Татьяна (s0no) wrote,
Татьяна
s0no

Вспомним лихие 90-е, или Как я покупала себе квартиру (4)

Как только пост попадает в топ, в моем блоге тут же проливается дождь из жаб появляются особенные люди. Им неинтересны истории, которые я рассказываю. Их цель - унасекомить автора. Переход на личности начинается сразу. Иногда с обобщениями: "И, все-таки, женщины - странные существа ))) Стонут про отсутствие денег на нормальную квартиру и ремонт, и вот тебе-бац! летят на отдых в Тунис )))" (пунктуация оригинала сохранена).  Другой читатель подхватывает: "я с этого тоже лежал))). двери-окна промотала на море".

Читаю и удивляюсь. Этим, если так можно выразиться, нестранным мужчинам даже не приходит в голову мысль о том, что работающий человек может устать. Видимо, в их представлении работа - это такое место, где можно приятно проводить время, пить чай и писать комменты в ЖЖ. Это они являются героями известного анекдота:

- Как вы расслабляетесь?
- А я не напрягаюсь.

Хотела просто забанить, но так и быть, объясню.

Путевка в Тунис в 1997 году на 10 дней, 11 ночей (авиаперелет, страховка, трансфер, отель 3 звезды, питание: завтраки, 1 обзорная экскурсия по городу Сусс) с учетом того, что высокий сезон уже закончился, стоила порядка 300 долларов.

В отпуске я не была с 1992 года, да и в 92-м отдыхом поездку на Черное море с двумя маленькими детьми назвать было трудно. Пять следующих лет я работала практически без выходных, и редкий рабочий день длился 8 часов. Обычно - 14, а зачастую и 16. Переутомление - это не выдумка врачей-убийц, это состояние, которое имеет очень неприятные последствия. Любая простуда тянулась у меня неделями (результат - две перенесенных на ногах пневмонии и пожизненные спайки в легких), непрерывные головные боли, слабость, когда по утрам силой заставляешь себя встать с постели. Я хронически не высыпалась. Когда в начале осени я заснула за рулем среди бела дня, двигаясь в плотном потоке машин, выбора у меня не осталось - нужно было бросать все и ехать в отпуск.

Раз уж об этом зашла речь, о том, каким был этот отпуск, можно прочитать здесь: "Чудесная страна Тунис, или Почему не надо путать бербЕров с барбАрами" (часть 1, часть 2).


Ну, а теперь вернемся к террасе. Для тех, кто далек от строительных нормативов и процедур, расскажу, что перестройка теплоцентра с последующим присоединением крыши к квартире должна была проходить следующим образом. Сначала у администрации Центрального района, в котором я жила, нужно было получить разрешение на проектирование. Потом найти архитектора, который сделает проект реконструкции с расчетом всех нагрузок. Потом этот проект требовалось согласовать в мильёне инстанций, а в конце - получить разрешение на строительство от Межведомственной комиссии (МВК).

Это еще не все. До начала строительных работ требовалось заключить договор с надзорным органом (подразделением администрации) и все работы проводить под их присмотром, получив в конце акт о соответствии выполненных работ согласованному проекту. На основании этой тонны бумаг МВК выносила уже окончательное решение о вводе объекта в эксплуатацию.

Вы, наверное, к концу абзаца уже запутались, кто, что и в какой последовательности должен согласовывать, подписывать и принимать. Не беда, сейчас я расскажу, как все это происходило, и вы во всем разберетесь.

Собрав нужные документы, я отправилась в Жилищный комитет на прием к инспектору. Инспектором оказалась дама предпенсионного возраста с копной седых волос и породистыми чертами лица. Звали ее Людмилой Ивановной. Я описала ситуацию. Вот, дескать, у меня под окном ржавая крыша, покрытая мусором - источник антисанитарии, грозящая населению мором и эпидемиями. Готова навести порядок за свой счет. И в качестве бонуса присоединить крышу к своей квартире.

Людмила Ивановна долго молчала, разглядывая меня, как диковинного зверя. А потом вынесла вердикт:

- Да кто ж вам разрешит?!

Я сделала круглые глаза, как у плюшевого медведика, и спросила:

- Но ведь это вы выдаете разрешения? Вы и разрешите.

От такой то ли наглости, то ли наивности Людмила Ивановна и вовсе потеряла дар речи. Но быстро пришла в себя и веско сказала:

- НЕЛЬЗЯ!

- Почему? - удивилась я . - Разве есть закон, запрещающий делать террасы на крышах теплоцентров?

Инспектору пришлось признать, что такого закона нет.

- Ну вот видите, раз закона нет, а все, что не запрещено, то разрешено, значит, можно?

Другие инспектора, сидевшие в том же кабинете, побросали свои дела и жадно следили за дискуссией. Не каждый день к ним, видимо, приходили с такми дурацкими необычными вопросами.

Поняв, что авторитетом меня не продавить, Людмила Ивановна решила зайти с другой стороны.

- Хорошо, - сказала она с многообещающим выражением лица, - хотите, чтобы мы рассмотрели ваше заявление, принесите разрешение от ГИОПа (Государственная инспекция по охране памятников), заключение Ленжилпроекта о том, что крыша выдержит нагрузки, согласование с СЭС и пожарным надзором.

- Как это - согласование с СЭС и пожарным надзором? - удивилась я. - Проекта еще нет, что я буду согласовывать?

- Ладно, - подумав, согласилась Людмила Ивановна. - Это пока отложим. Но ГИОП и Ленжилпроект - обязательны.

- ГИОП - понятно, у нас дом-памятник, а по крыше что, ваши инженеры сами не могут дать такое заключение? Нужно обязательно куда-то идти?

- Нужно! У нас нет специалистов по кровлям. Вот идите и получайте.

Уходя, я задала вопрос, который казался мне очень важным: на чьем балансе стоит теплоцентр? Кто его хозяин?

- Все наше, - прояснила ситуацию инспектор. - Владелец - администрация Центрального района.

На этом мой визит и завершился. Следующим шагом был поход в ГИОП. Очередная дама-инспектор, которой я изложила свой вопрос, ответила на него мгновенно:

- Согласование дать не можем.
- Почему?
- Теплоцентр не является архитектурным памятником, под нашей охраной он не находится.
- Тогда дайте справку, что мне не нужна справка.

Дама задумалась. "А как вы собираетесь на эту террасу ходить?" - задала она резонный вопрос.

- Низ окна кухни нужно опустить примерно на 25 сантиметров и поставить вместо рамы стеклянную дверь.
- О! Раз вы хотите тронуть фасад, это уже наш вопрос. Пишите заявление.

Заявление я написала, сдала в канцелярию и отправилась в неведомый мне дотоле Ленжилпроект. Во времена СССР это была мощная организация, занимавшаяся проектированием жилых домов и обследованием домов уже построенных на предмет их технического состояния. Но в перестройку вся отлаженная машина городского хозяйства сломалась. Институт то ли акционировали, то ли перевели на хозрасчет, а, поскольку заказчиков после дефолта не было от слова "совсем", персоналу хронически задерживали даже ту мизерную зарплату, которая начислялась в те годы.

В помещении, через которое мне пришлось пройти по пути в кабинет начальника отдела, половину столов были пустыми, а за остальными сидели женщины-инженеры с  грустными глазами. У той, которая сидела ближе к проходу, колготки были заштопаны подобранной в тон ниткой.

Изложив их начальнику свою историю (на кону мочало, начинай сначала), я спросила, как быстро они смогут провести экспертизу и сколько это будет стоить. Цена оказалась приемлемой, а срок - нет. Ждать месяц мне совсем не хотелось. Но уж кого-кого, а агента учить способам ускорения  получения документов не надо. Деньги решали всё, в те времена их от тебя ждали во всех инстанциях, иногда прямо намекая на способ решения проблемы. Здесь никто ни на что не намекал, но я сказала, что выдам им премию, если справка будет сделана в течение недели.

Сотрудница Ленжилпроекта появилась у меня на следующее же утро. Вместе с ней я вошла в теплоцентр - дужки, на которых должен был висеть замок, были скреплены обычной проволокой, зайти мог любой. Внутри змеились трубы теплоцентрали, блестели вентили. Над головой не хватало нескольких балок: все сгнило и провалилось. Дыра была стыдливо забита фанеркой.

- Это не выдержит никакой террасы. Коррозия сожрала металл почти полностью, - сказала инженер. И, помолчав, нерешительно спросила: "А что вам нужно, чтобы было написано в справке?"

О, волшебная сила премий!

- Пишите, что все выдержит. Я же не сумасшедшая и не собираюсь переломать на этой террасе ноги или шею. Все равно снесу тут все и построю заново. Вы же видите, что не только крыша, но и стены еле держатся. Но сначала мне нужно получить разрешение.

Через неделю я получила акт обследования Ленжилпроекта, еще через неделю - согласие ГИОПа. Инспектор по охране памятников, выдававшая документ, сунула мне в руки визитку.

- Вам же понадобится архитектор? Вот его координаты.

Визитку я на всякий случай сохранила, согласование и справку Ленжилпроекта положила в папочку и собралась на прием к Людмиле Ивановне. Но не успела: она позвонила мне сама. Голос ее дрожал от возмущения.

- Я сегодня была в вашем дворе. Специально пришла посмотреть на объект своим глазами. Да как вы собираетесь что-то там строить на этом теплоцентре? Он же падает!

- Минуточку, Людмила Ивановна, - возразила я. - Вы же сказали, что не можете проводить обследования, что у вас нет специалистов по кровлям. Куда вы меня послали? В Ленжилпроект. А Ленжилпроект говорит, что все можно. Крыша выдержит.

В гневе Людмила Ивановна бросила трубку, но мое заявление вместе с пакетом документов ей все-таки пришлось принять. МВК заседала раз в месяц, ждать решения мне предстояло еще долго, но деваться было некуда: оставалось только ждать.

Тем временем жизнь шла своим чередом. Я проводила сделки и вела свое скудное домашнее хозяйство. Мебель потихоньку разваливалась, пол все так же лип к ногам, а в квартире снова появились тараканы.

Стоило зайти ночью на кухню и включить свет, как они резво разбегались по углам. Как выяснилось, основное гнездо у них было свито в перегородке, отделявшей ванную от кухни. Обои на нее я так и не наклеила, поэтому в месте, где гипрок примыкал к кривой стене, оставались щели. Именно оттуда и выползали дружные тараканьи семейки. Разбирать стену не хотелось.

Я накупила модных в те времена домиков-ловушек. Делали их в Китае, поэтому выглядели они как маленькие пагоды. Пол в домиках был смазан клеем, к которому теоретически должны были прилипать зловредные насекомые. Но, то ли китайская еда не привлекала наших славянских тараканов, то ли клей был рассчитан на слабосильных восточных вредителей, толку от этих домиков не было никакого.

Тогда я накупила порошков, которые должны были убивать тараканьи войска наповал. Порошком были засыпаны плинтусы и раковина, полки в шкафчиках и все отверстия в гипроке. Тараканы хохотали и не собирались помирать.

Однажды днем, бросив взгляд на электронные часы на передней панели микроволновки, я не увидела цифр. Несколько диодиков светились, но основное количество оставалось темным. Потом часы замигали и стало понятно, что они работают, а я не вижу цифр потому, что внутри ползает здоровый таракан. Это было уже слишком. Собравшись, я бегом побежала в специализированный магазин, где продавались товары для борьбы с грызунами и насекомыми - он недавно открылся совсем рядом.

- Девушки! Караул! Тараканы замучили, дайте мне самую страшную отраву, - потребовала я у продавщиц.

Мужчина, стоявший у витрины, обернулся ко мне.

- Знаете, я работаю на фирме, которая травит грызунов и насекомых. Хотите, дам вам совет? Выведете всех тараканов разом и забудете, как они выглядят.

- Давайте, давайте ваш совет!

- Купите вот этот гель. Нанесите по нескольку капель там, где они бегают чаще всего, и подождите три дня.

Вы не поверите, через три дня тараканы исчезли не только у меня, но и во всем подъезде, и больше не появлялись никогда. Я и сейчас вспоминаю этого неизвестного мужчину с благодарностью. Если кому надо - пользуйтесь. Гель называется "Арсенал".


Через месяц прошло заседание МВК. Я получила разрешение на проектирование.

(продолжение следует)
Tags: из жизни агента
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 107 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →